Сегодня в Народном календаре

Поиск по сайту

22 марта (9 марта) — Сорок мучеников. Сороки

Загрузка Мероприятия

« Все Мероприятия

  • Это мероприятие прошло.

22 марта (9 марта) — Сорок мучеников. Сороки

22 марта

|Recurring события (Посмотреть все)

An event every year that begins at 12:00am on of Март, repeating indefinitely

Саврасов Алексей Кондратьевич, Ранняя весна. Оттепель, 1880-е

Название дня — Сороки, безусловно, произведено от количества христиан, заму­ченных на Севастийском озере, страдания и гибель их во имя веры всегда очень близко к сердцу принимали на Руси. Однако закреплению названия немало спо­собствовало и то обстоятельство, что число 40 обладало, по мнению человека традиционной культуры, своей магией. Числа во всех мифопоэтических системах означают не только количество, но наделены определенным качеством, то есть являются элементами особого числового кода, с помощью которого описывается мир, человек, природа; с помощью чисел мир упорядочивается: подлежащее счету (сосчитываемое) становится понятным, управляемым; с числовыми соотношения­ми связано понятие гармонии. Не случайно древние восточные и античные фи­лософы говорили: «Числа управляют миром». В русской народной философии число 40 занимает отдельное место: даже с точки зрения словотворчества оно представляет собой исключение — нам понятно, как составлены числа два-дцать, три-дцатъ, пять-десят и т.д., но почему сорок не вписывается в эту систему? Откуда такое наименование числа, обозначающего четыре десятка? Исходя из тех значений, какими наделено это число в фольклорных текстах и традиционных обрядах, в верованиях и суевериях, можно утверждать, что 40 — число предельное, означающее «множество»: например, ходовое выражение «говорить или повторять сорок раз»; сорок сороков церквей, сорок сороков черных соболей (древний бога­тый свадебный подарок), сорокапудовая палица Ильи Муромца, сорок разбойни­ков, бочка «сороковочка», сороконожка (много ног), поверье охотников о том, что сороковой медведь — последний, больше нельзя убивать. На том же по­верье построена и повесть Б.А.Лавренева «Сорок первый». Числом 40 характе­ризуется срок, необходимый для возникновения новой формы или состояния: 40 дней необходимо для разделения души и тела, 40 недель вынашивают ребенка.

В народном календаре часть этих представлений реализуется со всей очевиднос­тью, часть завуалирована другими понятиями, но само число «сорок» в день Сорока мучеников является смысло- и формообразующим, отправным понятием, вокруг которого собираются и / или создаются поговорки, приметы, обрядовые тексты.

***

Сороки — вторая встреча весны.

***

Сороки — второй весенний праздник.

***

На Сорок мучеников день с ночью меряется.

*

У русских повсюду существовала вера в то, что на Сороки дружно возвра­щаются из теплых стран птицы (сорок птиц), и первая среди них — жаворонок.

***

Жаворонок весну благословил.

***

Сорок пичуг на Русь пробираются.

*

День Сорока мучеников наделялся в народном сознании особыми качествами, судьбоносными предсказаниями и пр.

Вятичи считали:

Как в этот день весну встретишь, так все лето проведешь.

Чтобы год был сытным, клали в рот кусочек хлеба.

В Заонежье ради благополучия в году или нейтрализации зла в день Сорока мучеников выпекали 40 блинов и 40 сканцев и съедали их.

В Лихвинском уезде Калужской губернии «дети отламывали голову испечен­ному жаворонку и кидали в речку, «чтобы никто не помер».

Зима окончательно уходит, но какое-то время еще будет напоминать о себе холодными утренниками, которых, как представлялось крестьянину, находяще­муся под влиянием магии числа 40, должно быть непременно 40 и отсчет их должен вестись со дня Сорока мучеников:

Сорок мучеников — сорок утренников.

Морозы подсчитывались где-то с учетом утренних и вечерних, то есть каж­дый самостоятельно, в других же местах принимались во внимание только ут­ренники. Так, жители Воронежской губернии были уверены, что все 40 утренних морозов должны пройти до Зосимы-пчельника (30 / 17 апреля). Если утренники со дня Сорока мучеников продолжаются постоянно, то лето будет теплое.

Ко дню Сорока мучеников был приурочен обряд «закликания мороза» — ча­сто почти повторение того, что делалось на Святки. Хозяйки выпекали из ржаной или овсяной муки 40 шариков и затем каждый день выбрасывали по одному шарику на улицу, обращаясь к морозу:

Мороз, Красный нос,

Вот тебе хлеб и овес,

А теперь убирайся

Подобру-поздорову!

«Верили, что мороз, наевшись хлебных шариков, до будущего года уйдет в чуже­дальние края, не будет мешать крестьянам в их весенних работах».

«Сороки святые — колобаны золотые», говорили, имея в виду только что при­веденный обычай. Кстати, по числу выброшенных и оставшихся «колобанов» определяли, сколько утренников уже минуло, а сколько еще ожидать.

По погоде этого дня определяли характер весны, лета, строили прогнозы относительно урожая на некоторые сельскохозяйственные культуры и определя­ли время посева.

 

Народные приметы на Сороки

***

Какова погода в этот день — такова она будет еще 40 дней: если мороз — 40 морозов, если дождь — 40 дождей.

***

Если все 40 утренников пройдут подряд, быть лету красному, ведренному, для уборки хлеба сподручному.

***

Если хорошая погода — будет урожай на гречиху.

***

Гречу сеять пропустя 40 морозов после Сорока мучеников.

***

Если на Сорок святых пал мороз, то урожай на просо.

***

Если в день Сорока мучеников тает так, что вол может досыта напиться, то будет хорошая весна.

***

Если в день Сорока мучеников покажутся жаворонки, то ожидают урожая проса.

***

На Сороки синица запела — тепло ворожит.

*

Большинство же примет такого рода, собственно, и не приметы, а суждения, которые укрепились в традиционном сознании, например, в результате той са­мой языковой умозрительной операции, которую принято называть народной этимологией. Так возникло сопряжение ключевого слова «сорок» с птицей со­рокой, с числом прибывающих в родные края перелетных птиц, с количеством палочек, якобы кладущихся птицами в обновляемые гнезда, и т.д. На Сороки чаще других упоминают жаворонков, куликов и сорок.

***

Если в этот день будет мороз, то сорок поморозит.

***

Сорок мучеников — сорок сороков птиц прилетают.

***

На день Сорока мучеников прилетают жаворонки и сорок птиц.

***

На Сорок мучеников сорок сороков птиц весну несут.

***

На Сороки сорока кладет на гнездо сорок палочек.

*

«Для всякой птицы, идущей в пищу, услаждающей слух и истребляющей вред­ных насекомых, покровителями служат сорок мучеников, утопленных за веру в Севастийском озере», — писал превосходный знаток народного быта и мировоз­зрения С. В. Максимов. Он же привел любопытное рассуждение крестьян по поводу случающегося несвоевременного (до дня Сорока мучеников) прилета жаворонков: «Бывает, — уверяют опытные старики-крестьяне, — что прилетают жаворонки и раньше, да только те непутящие: прилетит и смерзнуть может. А уж тот жаворонок, который на Сороки прилетит, тот настоящий, он не сдохнет».

 

Народные присловья дня Сорока мучеников:

***

Прилетел кулик из заморья, принес весну из неволъя.

***

Прилетел кулик из заморъя, вывел весну из затворья.

***

Сколько проталинков, столько и жаворонков.

*

Во что Сороки, в то и Петровки (тот же день недели). Отношения между этими днями выражаются пословицей:

Далеко кулику до Петрова дня.

Магия числа 40, внимание к птицам и морозам — главным темам этого дня, способствовали появлению, развитию и укоренению в традиции некоторых ри­туальных действий, обязательных поступков.

«На Сороки мальчики сельские выбегают рано босые на двор и стараются перебросить через кровлю соре щепочек» — по-видимому, таким образом привлекали птиц.

Самое широкое развитие получил обычай выпекать на Сороки печенье в виде птичек, которые чаще всего назывались «жаворонками» или «куликами». Этот обычай породил и разнообразный фольклор — заклички птиц, заклички весны, хуление мороза, хуление зимы, формульные пожелания урожая и благополучия.

Дети, взяв испеченных птичек, собирались на пригорках. В Костромской губернии птичек привязывали нитками к шестам, которые втыкали в одоньябольшие стога сена. Ветер раскачивал птичек, так что казалось, будто они летят. Бывало, жаворонков, куликов просто подбрасывали на одонья или же, взяв их за крылышки, качали — опускали и поднимали вверх, опять-таки изображая поле птиц. Свои действия ребятишки сопровождали специальными припевками:

Весна красна!

На чем пришла?

— На жердочке,

На бороздочке,

На овсяном колосочке,

На пшеничном пирожочке.

А мы весну ждали,

Клочки допрядали.

Летел кулик

Из-за моря,

Принес кулик

Девять замков.

Кулик, кулик!

Замыкай зиму,

Замыкай зиму,

Отпирай весну —

Теплое лето.

Приведем еще несколько примеров подобных закличек. Одна из них записана в селе Болдино Нижегородской области в 1970-е годы, но, похоже, в таком или очень близком виде исполнялась и 100, и 200 лет назад, так что не исключено, что А. С. Пушкин мог ее слышать:

Жаворонушки!

Прилетите к нам да принесите нам Жаворонушки*,

Нам весну красну да красно летеце.

Нам зима-то надоела, много хлебушка поела,

А воды-то попила да три колодезя.

Всю куделю перепряли, на мотушки пермотали,

На базарик пертаскали, за копейки продавали,

За копейки продавали, детям хлеба покупали

Жаворонушки!

—————

*«Жаворонушки!» как заклинание повторяется после каждой строки.

 

В Орловской губернии дети выкрикивали по-другому:

Уж вы, кулички-жаворонки, Солетайтеся, сокликайтеся!

Весна-красна, на чем пришла?

— На сошечке, на бороночке,

На лошадиной голове,

На овсяном снопочку,

На ржаном колосочку,

На пшеничном зернышку-у-у!

Заклички в разных местах отличались друг от друга, хотя одновременно были похожи. Вот, например, текст, записанный на Смоленщине:

Уж ты пташечка,

Ты залетная!

Ты слетай

На синё море,

Ты возьми

Ключи весенние,

Замкни зиму,

Отомкни лето!

Обращались в таких припевках не только к птицам, но и к пчелам. Интересно это сочетается в оренбургском варианте:

Ты пчелынька,

Пчелка ярая!

Ты вылети с заморья,

Ты вынеси ключики,

Отомкни летичко,

Летичко теплое,

Лето хлебородное!

Жаворонки,

Перепёлушки,

Птички-ласточки!

Прилетите к нам!

Весну ясную,

Весну красную

Принесите нам!

На жердочке,

На бороздочке,

И с сохой, и с бороной,

И с кобылой вороной,

С пряльцем, с донцем,

С кривым веретенцем!

Зима нам надоела,

Хлеб и сено поела,

Ручки-ножки познобила,

Скотинушку поморила!

 

Дети калужских деревень на Сороки влезали с «птушками» на повети, на крыши сараев, овинов и оставляли их там или сажали птичек на деревья — яблони, ракиты, дубы, рябины, на плетни в садах. Часть испеченных жаворонков относили на холмы, пригорки и клали на землю, на проталинки.

Оставшихся птичек обычно съедали, а головки их скармливали скотине, или, как в Орловской губернии, дети, отломив головку птички, отдавали ее матери со словами:

«Как жаворонок высоко летал, так чтобы и лен твой высокий был. Какая у моего жаворонка голова, так чтобы и лен головастый был».

В горнозаводских селах Южного Урала день Сорока мучеников назывался «Жаворонки». Птичек выпекали из пресного теста: скатывали жгутик, завязывали узелком, один конец такого узелка превращали в головку и носик, глазки обо­значали ягодками черемухи, другой конец узелка «распушали» — это был хвос­тик птички, на боках тесто расплющивали, чтобы получились крылышки. В пти­чек запекали монету, соль, уголек: монетка — к богатству, соль — солоно жить будешь, уголек — к смерти. Иногда в одну из птичек запекали пятак — «зага­дывали на теленка или другую животину. Кому достанется пятак, тому и те­ленок».

На Рязанщине ребята носили испеченных птичек в поле, надевали их на вилы и кликали лето, обращаясь к «жаворонку»:

«На тебе зиму, а нам лето! На тебе сани, а нам телегу

Или же девушки брали печеных жаворонков с собой на гумна, где выпевали-выкрикивали, как можно громче:

Лето, лето, вылазь из подклета!

А ты, зима, иди туда —

С сугробами высокими,

С сосульками с морозными,

С санями, с подсанками!

А ты, лето, иди сюда, —

С сохой, с бороной,

С кобылой вороной!

Лето теплое, хлебородное!

Затем часть птичек съедали, а часть насаживали на колья: чтобы гумно всегда было полно хлебом.

В тамбовских селениях, как писали местные «Губернские ведомости» за 1864 год (№ 15), на Сороки

«пекут детям из теста птичек, называемых жаворонками. Дети, радуясь наступающему теплу, выбегают с жаворонками на улицу и то поднимая их кверху, то опуская их книзу, распевают, как бы подражая пенью жаворонков: Чу-виль-вилъ-вилъ, чу-виль-виль-вилъ. Взрослым односемьянам пекут лепешки, по­мазанные сверху толченым конопляным семенем. <…> В одну из лепешек кладется какая-нибудь мелкая монета. Кому по разделу достанется лепешка с монетой, тот считается счастливым, засевает хлеб и обращается в торгу целый год».

В Пензенской губернии жаворонков пекли и для детей, и для взрослых, ко­торые по птичкам гадали:

«Прежде чем посадить жаворонков в печь, заклады­вают в каждую какую-нибудь вещицу: кольцо, щепку, копейку. Каждая из этих вещей имеет символическое значение: кольцо, обозначает свадьбу, щепка — гроб, копейка — деньги и т. д.».

 

Новгородский обычай:

«В день Сорока мучеников прилетает, по народному за­мечанию, в здешние края сорок сортов различных птиц. Во многих местах при­готовляют в этот день из теста птичек по числу лиц, составляющих семейство, в одну из них запекают небольшую монету. Во время обеда каждый из семей­ства берет по птичке, и тот, кому достанется с монетой, считается на этот год счастливейшим. Найденную монету хранят на божнице или носят с собой для счастья».

В некоторых местностях 22/9 марта выбирался семейный засевальщик. В этот день женщины выпекали жаворонков, предварительно положив в одно­го из них монетку, лучинки в виде крестика и т. п. Угощение предназначалось мужской половине семьи, независимо от их возраста. Кто находил в своем жа­воронке «метку», тому и падал жребий разбрасывать первые пригоршни зерен.

В приведенных выше описаниях существующих обычаев содержится чрезвы­чайно важный компонент обрядности дня Сорока мучеников — гадание по ис­печенным птичкам. Даже когда такое гадание выглядело как развлечение (об этом писали многие собиратели конца XIX — начала XX в.), для крестьян оно сохраняло характер серьезности и обязательности, в судьбоносность гадания ве­рили и по-настоящему радовались благому знаку и огорчались, даже пугались, если выпадал предмет, предвещающий смерть, неурожай, бедность, болезнь и пр. О серьезности гаданий говорит и тот факт, что по испеченным птичкам определялся семейный засевальщик. Такой знак свыше никогда не оспаривался. Представителю мужской половины семьи, вытянувшему счастливый жребий, будь он старик, подросток, даже малыш, доверялось крайне важное дело — он разбрасывал первые зерна в землю и на его счастливую руку возлагались боль­шие надежды. К непреложной истине: «как посеешь, так и пожнешь» — в дан­ном случае добавлялось не менее значимое: «кто посеет, таков будет и урожай».

Птички, освященные магией дня Сорока мучеников, предназначались не только людям, но и домашним животным, на которых тоже должна была распространить­ся благодатность дня и его символов.

Жительница деревни Освянниково Лузского района Вятского края вспоминала:

«Жаворонков настряпаешь, на сочень насадишь. И как цыплятки они, маленькие. Овечков кормили ими, чтобы водилось все в дому. Покормишь, а сама приговори: «Чтоб овечки пуще велись!».

Деревня Черницыно Подосиновского района на той же Вятской земле славилась тем, что здесь испекали на Сороки курицу, а на нее сажали 40 цыплят (тоже из теста).

День Сорока мучеников обычно выпадает на время Великого поста. Потому особого праздника не устраивали и птичек пекли из пресного теста. Женщины за великопостные недели должны были успеть много наткать и напрясть. В ка­зачьих станицах Южного Урала на Сороки устраивали нечто вроде потешного смотра наработанного ткачихами и пряхами. Одна из женщин наряжалась «как Баба-яга»: наденет на себя тряпье или шубу вывороченную мехом вверх, горб приделает, лицо вымажет сажей, закроет куделью или завесит тряпицей, в руки палку возьмет. Называли ее Кажимотка, потому что она бегала по улицам ста­ницы, заскакивала в дома и кричала: «Кажи моты!» (мотки), «Кожи, сколько напряла!» Взрослые женщины веселились и охотно вступали в шуточный диалог с Кажимоткой, а юные пряхи, девочки, всерьез страшились такой проверялыцицы, на печь залезали, пытаясь спрятаться от нее.


Изображение: Саврасов Алексей Кондратьевич, Ранняя весна. Оттепель, 1880-е

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

%d такие блоггеры, как: